Календарь сказок. Сказка июля (Нил Гейман)

0
325
дорога из книг

В эссе «Зачем мы читаем» я писал, что одна из причин, по которым мы читаем, это радость узнавания. Я люблю себя узнавать в героях литературных произведений — в балагуре Швейке, в эрудите докторе Теодоре Стефанидесе из трилогии Джеральда Даррелла «Моя семья и другие звери», в скромном профессоре Ване из романа братьев Стругацких «Град обречённый«, который всем другим путям предпочёл оставаться мусорщиком. Близок мне и образ Гэла Брегга из «Возвращения со звёзд» Станислава Лема. А вот сегодня я прочёл ещё одно произведение, чей герой показался мне мучительно похожим на меня. Это новелла Нила Геймана «Сказка июля» из рассказа «Календарь сказок». Этот рассказ вошёл в авторский сборник «Осторожно, триггеры«. Кстати, рекомендую этот сборник прочесть целиком. Итак,

Нил Гейман. Сказка июля из Календаря сказок

Нил Гейман. Сказка июля. Календарь сказок. Иглу из книгВ тот день, когда от меня ушла жена («мне надо побыть одной и еще раз все как следует обдумать»), в первый день июля, когда озеро посреди нашего городка сверкало под солнцем, пшеница в полях за домом поднялась уже по колено, а нетерпеливая детвора начала пускать ракеты и фейерверки, пугая нас грохотом и раскрашивая летнее небо во все цвета радуги, – в тот самый день я построил на заднем дворе настоящее иглу, только не снежное, а книжное.

Я сложил его из мягких книжек: страшно было представить, что от меня останется, если я оплошаю и твердые тома посыплются мне на голову.

Но я не оплошал. Иглу стояло как вкопанное, возвышаясь на двенадцать футов над землей. С одной стороны я оставил низенький лаз, через который можно было забраться внутрь и укрыться от свирепых арктических ветров.

Так я и сделал, прихватив с собой еще книжек. Я сидел в своем иглу, сложенном из книжек, и читал. И диву давался, как тепло и уютно тут, внутри. Прочитав очередную книжку, я клал ее под ноги, и так, постепенно, настелил пол, а потом притащил еще книжек, сложил их стопкой и уселся сверху, и так из моего мира исчез последний клочок зеленой июльской травы.

***

На следующий день ко мне пришли друзья. Они заползли ко мне в иглу на четвереньках. И сказали мне, что я валяю дурака. Я ответил, что единственная преграда, стоящая между мной и зимней стужей, – вот эта вот собранная отцом еще в пятидесятые коллекция мягких книжек с пикантными названиями, аляповатыми обложками и на удивление скучными историями внутри.

Друзья ушли.

Нил Гейман. Сказка июля. Календарь сказок. Иглу из книгЯ остался сидеть в иглу, воображая сгустившуюся за его тонкими стенками арктическую ночь и мечтая о том, как небо надо мной заполыхает северным сиянием. Потом я выглянул наружу, но увидел только россыпи звезд.

***

Я поспал в своем книжном иглу. Потом проснулся и понял, что хочу есть. Тогда я сделал дырку в полу, забросил туда удочку и стал ждать. Наконец, книжная рыба клюнула, и я ее вытащил – винтажный пингвиновский сборник детективных рассказов в зеленой обложке. Я съел ее сырьем: разводить огонь в моем иглу было бы неразумно.

Снова выбравшись наружу, я увидел, что кто-то вымостил книгами весь мир: книгами в бледных обложках, белыми, голубыми, сиреневыми. Я побродил немного по ледяному полю книг.

Потом заметил поодаль кого-то, похожего на мою жену. Она строила ледник из автобиографий.

– Я думал, ты меня бросила, – сказал я. – Оставила меня одного.

Она не ответила, и я понял, что это не она, а всего лишь тень тени.

***

В июле солнце в Арктике никогда не заходит, но я уже начал уставать и решил вернуться в иглу.

Сначала показались тени белых медведей, а следом и сами медведи. Ну и огромные же они были! Огромные и бледные, из страниц самых жестоких книг. Это были стихи, древние и новые, полные слов, способных растерзать кого угодно своей красотой, – и они крались ко мне по ледяному полю в обличье медведей. Я уже различал строки и отдельные слова… как же я испугался, что они сейчас меня увидят!

Я спасся бегством. Забрался в свое иглу и, должно быть, уснул там, в темноте. А потом опять вылез наружу, лег на спину прямо на лед и уставился в небо. Северное сияние переливалось и мерцало всеми цветами радуги, а вдалеке трещали и грохотали льды: от ледника мифологических словарей откололся айсберг волшебных сказок.

***

Не знаю, сколько я так пролежал и когда, наконец, заметил, что рядом со мной лежит кто-то еще. Я услышал ее дыхание.

– Очень красиво, да? – сказала она.

– Это полярные огни, – отозвался я. – Северное сияние.

– Нет, мой хороший. Это фейерверк в честь Дня независимости, – сказала моя жена.

Она взяла меня за руку, и дальше мы смотрели на фейерверки вместе.

А когда отгремел последний залп и в небе рассыпалось облако золотых звезд, она прошептала:

– Я вернулась.

Я ничего не сказал. Но я по-прежнему держал ее за руку, очень крепко. И я больше не вернулся в свое книжное иглу: я пошел вместе с нею в дом, нежась в июльском тепле, словно кот.

Потом я услышал раскат грома, а ночью, пока мы спали, хлынул дождь. Он повалил мое книжное иглу и шел до утра, смывая слова со страниц мира.

P.S. Только размещая здесь текст новеллы, я обратил внимание, что это «Сказка июля». А ведь я родился в июле…

P.S. Мне очень нравится творчество Нила Геймана и я ещё неоднократно буду к нему возвращаться.

Книги Нила Геймана в книжном магазине oz.by

Поделитесь!